[ Pobierz całość w formacie PDF ]
.К сожалению, его хироманты оказались лучшими фокусниками, чем я.А вот король Роберт меня полюбил.В первый раз, когда я вступил в общую схватку на турнире с горящим мечом, конь Кивана Ланнистера взвился на дыбы и сбросил его.Его величество так смеялся, что я думал, он лопнет.– Торос улыбнулся, вспомнив об этом.– Но с мечами, конечно, так обращаться нельзя, тут твой мастер опять-таки прав.– Огонь пожирает.– Лорд Берик подошел к ним сзади, что-то в его голосе сразу заставило Тороса умолкнуть.– Он пожирает и, когда он гаснет, не остается ничего.Ничего.Жрец тронул лорда-молнию за руку.– Берик, друг мой, что ты говоришь?– Ничего такого, чего бы не говорил раньше.Шесть раз – это чересчур, Торос.– Лорд Берик отвернулся и отошел.Ночью ветер выл почти по-волчьи, и настоящие волки где-то к западу от холма давали ему уроки.Нотч, Энги и Меррит из Лунного города несли караул.Нед, Джендри и многие другие уже крепко спали, когда Арья заметила маленькую бледную фигурку позади лошадей.Тонкие белые волосы разевались на ветру, рука опиралась на кривую клюку.Росту в старушке было не более трех футов, и глаза ее при свете костра горели красным огнем, как у волка Джона.Ну да, она ведь тоже призрак.Арья подкралась поближе, чтобы лучше видеть.Лорд Берик, Торос и Лим сидели у костра.Маленькая женщина, непрошеная, уселась рядом, щуря на них красные, как угли, глаза.– Вижу, Уголь и Лимон снова оказывают мне честь.И его величество Король Мертвецов.– Я просил тебя не называть меня этим зловещим именем.– Верно, просил, но теперь от тебя разит свежей смертью, милорд.– Во рту у старухи остался всего один зуб.– Дайте мне вина, не то уйду.Мои старые кости болят, когда дует ветер, а здесь наверху ветры дуют постоянно.– Даю серебряного оленя за ваши сны, миледи, – церемонно произнес лорд Берик.– И еще одного, если скажете что-нибудь новое.– Серебряного оленя не зажаришь и верхом на нем не поскачешь.За сны я возьму мех с вином, а за новости вот этот верзила в желтом плаще меня поцелует.– Старушка хихикнула.– Да как следует, сочно и сладко, чтобы язык почувствовал.От него, должно быть, лимоном пахнет, а от меня костями.Уж очень я стара.– Вот-вот – слишком стара для вина и поцелуев, – согласился Лим.– От меня ты не получишь ничего, кроме шлепка мечом, бабка.– Волосы у меня лезут пучками, и никто не целовал меня уже тысячу лет.Тяжело это – быть такой старой.Ладно, тогда я возьму песню за свои новости.Песню Тома-Семерки.– Ты получишь свою песню, – пообещал лорд Берик и сам вручил ей мех с вином.Маленькая женщина припала к нему, и вино потекло у нее по подбородку.Потом она опустила мех, вытерла рот сморщенной рукой и сказала:– Кислое вино за горькие вести – в самый раз будет.Король умер.Довольно с вас этого?У Арьи сердце подкатило к горлу.– Который из них, старуха? – спросил Лим.– Мокрый.Король-кракен.Я видела во сне, что он умрет, он и умер, и железные спруты теперь накинулись друг на дружку.Лорд Хостер Талли тоже умер.Но это вы уже знаете, верно? Козел сидит один в чертоге королей и трясется, а большой пес идет на него.– Старушка снова надолго припала к меху.Кто этот большой пес – Сандор или его брат, Скачущая Гора? У них обоих в гербе три черные собаки на желтом поле.Половина тех, о чьей смерти Арья молится, – это люди Григора Клигана: Полливер, Дансен, Рафф-Красавчик, Щекотун, не говоря уж о самом сире Григоре.Хорошо бы лорд Берик их всех повесил.– Мне снился волк, воющий под дождем, и никто не внимал его горю, – снова заговорила старушка [ Pobierz całość w formacie PDF ]